Неустойчивое открытие пролива и рост напряженности
События минувших выходных вокруг Ормузского пролива — ключевого маршрута для морских поставок нефти и газа — показали, что перспектива его полноценной работы по‑прежнему туманна. После объявления об ужесточении контроля за проходом судов и предупреждений о закрытии пролива, последовавших всего через несколько часов после заявлений об открытии, стало ясно: даже при достижении мирных договоренностей возвращение к прежним объемам поставок займет месяцы, а возможно, и годы.
Военные инциденты с участием судов, а также задержание иранского корабля, следовавшего в обход ограничений, усилили неопределенность на одном из важнейших энергетических маршрутов планеты. По данным спутникового мониторинга, днем в понедельник через Ормуз смогли пройти лишь три танкера.
При этом президент США Дональд Трамп заявил, что переговоры продолжаются, однако предупредил о готовности вернуться к военным действиям в случае новых препятствий для судоходства.
Масштаб падения поставок и первый удар по экономике
Практическая блокировка Ормузского пролива, последовавшая за началом масштабных ударов по территории Ирана в конце февраля, практически остановила движение по маршруту, через который обычно проходит около пятой части мировых морских поставок нефти и газа.
Последствия оказались стремительными и болезненными. В Персидском заливе «застряли» порядка 13 миллионов баррелей нефти в сутки и около 300 миллионов кубических метров сжиженного природного газа в сутки. Производителям пришлось останавливать месторождения, нефтеперерабатывающие заводы и газовые мощности, что нанесло серьезный удар по экономикам стран от Азии до Европы.
Военные действия привели и к долговременному ущербу энергетической инфраструктуре и дипломатическим связям в регионе, усложнив перспективы быстрого восстановления.
Что мешает быстрому восстановлению поставок
Сроки нормализации будут зависеть не только от политических договоренностей между Вашингтоном и Тегераном. Ключевую роль сыграют логистика морских перевозок, наличие страховки для судов, уровень фрахтовых ставок и готовность судовладельцев возвращаться в зону недавнего конфликта.
В первую очередь из Персидского залива начнут выходить около 260 судов, находящихся там с грузом примерно 170 миллионов баррелей нефти и 1,2 миллиона метрических тонн СПГ, по оценкам аналитической компании Kpler.
Большая часть этих партий, вероятно, отправится в азиатские страны, на которые обычно приходится около 80% экспорта нефти из Персидского залива и 90% поставок СПГ. По мере того как загруженные суда покинут регион, к погрузочным терминалам в Персидском заливе — таким, как Рас‑Таннура в Саудовской Аравии и нефтяной порт Басра в Ираке, — начнут заходить более 300 пустых танкеров, простаивающих сейчас в Оманском заливе.
Их первой задачей станет разгрузка прибрежных хранилищ, которые быстро заполнились в период почти полной остановки судоходства. По данным Международного энергетического агентства, коммерческие запасы нефти в странах Персидского залива составляют сейчас около 262 миллионов баррелей — это примерно 20 суток добычи. Переполненные склады не позволяют нарастить производство до возобновления стабильного экспорта.
Логистические ограничения и дефицит флота
Даже после частичного снятия ограничений логистика танкерных перевозок будет сдерживать восстановление экспортных потоков. Типичный рейс туда‑обратно с Ближнего Востока до западного побережья Индии занимает примерно 20 дней, а более длинные маршруты в Китай, Японию и Южную Корею — до двух месяцев и более.
Дополнительную проблему создает нехватка самих танкеров: значительная часть флота была переориентирована на перевозку нефти и СПГ из Америки в Азию, а подобные рейсы занимают до 40 дней.
Восстановление баланса торгового флота и возвращение погрузочных операций в Персидском заливе к довоенному ритму будет неравномерным и, по оценкам аналитиков, займет не менее восьми–двенадцати недель даже при благоприятном развитии событий.
Замкнутый круг добычи и судоходства
По мере возобновления загрузки танкеров крупным производителям, включая Saudi Aramco и ADNOC, предстоит постепенно перезапускать добычу нефти и газа на приостановленных месторождениях, а также работу НПЗ, остановленных во время боев.
Это потребует сложной координации: возвращения в регион тысяч квалифицированных специалистов и подрядчиков, эвакуированных в период обострения, а также оценки состояния инфраструктуры. Скорость восстановления будет определяться и тем, насколько быстро освободятся мощности прибрежных хранилищ, что создает замкнутую взаимозависимость между отгрузками и добычей.
По оценкам Международного энергетического агентства, примерно на половине нефтегазовых месторождений Персидского залива сохраняется достаточное пластовое давление, чтобы вернуться к довоенным объемам добычи в течение примерно двух недель. Еще до полутора месяцев потребуется для восстановления работы на другой трети месторождений — при условии безопасности на море и восстановления нарушенных цепочек поставок.
На оставшихся примерно 20% объектов, где добывается около 2,5–3 миллионов баррелей нефтяного эквивалента в сутки, восстановлению мешают серьезные технические проблемы: пониженное пластовое давление, поврежденное оборудование и перебои с электроснабжением. На устранение этих последствий уйдут месяцы дополнительных работ.
Долгосрочный ущерб инфраструктуре
Сильнее всего пострадали крупные энергетические объекты. Так, на гигантском СПГ‑терминале Рас‑Лаффан в Катаре выведено из строя около 17% мощностей, и их восстановление может занять до пяти лет. Некоторые стареющие и технологически сложные скважины, в частности в Ираке и Кувейте, вероятно, уже не смогут вернуться к прежним уровням добычи.
Часть утраченных объемов в дальнейшем можно компенсировать бурением новых скважин в регионе, однако этот процесс займет не менее года и возможен только при сохранении устойчивой безопасности и политической стабильности.
Когда очереди танкеров сократятся, а добыча стабилизируется, иракские и кувейтские производители смогут постепенно снять режим форс‑мажора по экспортным контрактам — положения, позволяющие приостанавливать поставки в условиях войны или других неконтролируемых обстоятельств.
Перспективы: возвращение к «нормальности» откладывается
Даже при наиболее благоприятном сценарии — успешных мирных переговорах, отсутствии новых вспышек военных действий и ограниченном масштабе инфраструктурных повреждений — вернуться к довоенным масштабам экспортно‑добычных операций в регионе в ближайшие годы будет крайне трудно.
