Верховный суд не поддержал инициативу КПРФ прописать в законе отдельную ответственность за принуждение граждан к электронному голосованию. В решении отмечено, что существующие нормы УК РФ уже позволяют квалифицировать такие действия.
В ответе на запрос депутата Госдумы Алексея Куринного суд указал, что принуждение к голосованию может рассматриваться как воспрепятствование свободному осуществлению избирательных прав и подпадает под действующие статьи.
Депутат предлагал дополнить статью 141 УК РФ отдельным пунктом о принуждении к дистанционному электронному голосованию (ДЭГ) и голосованию через электронные терминалы. Суд посчитал, что отдельное уточнение не требуется.
При этом практики привлечения к уголовной ответственности за принуждение к электронному голосованию эксперты не фиксируют. По словам одного из электоральных юристов, случаев подобных уголовных дел пока не было.
«В части 2 статьи 141 УК РФ есть все — от подкупа до любых случаев принуждения. А вот норма для должностных лиц (ч. 3 ст. 142) фактически не работает: последнее дело по ней рассматривалось в 2020 году и было прекращено», — отмечает эксперт.
Где будет ДЭГ и почему это вызывает опасения
В этом году дистанционное электронное голосование запланировано в 32 регионах на федеральной платформе и в Москве. В список не попали субъекты с традиционно высокими результатами у партии власти: напротив, среди регионов с ДЭГ оказались территории, где в 2021 году средний результат правящей партии был заметно ниже общероссийского.
Критики говорят, что систему ДЭГ сложно независимо проверить: наблюдатели и некоторые избиркомы видят лишь поток зашифрованных данных и не могут контролировать формирование итогов. Это, по их мнению, снижает реальный контроль за процедурой.
Также фиксировались случаи возможного принуждения избирателей: на прошлых выборах в Подмосковье сообщали о пунктах голосования в торговых и спортивных центрах, где людей требовали отметить определённого кандидата. Исследование динамики явки показало отсутствие очевидного разового эффекта после обнаружения одного такого пункта, что может свидетельствовать о существовании нескольких подобных точек.
Признаки давления отмечаются и в текущей кампании: в Коми сообщают о таблицах, где за сотрудниками бюджетной сферы закрепляют «бригадиров», обязанностью которых якобы является сбор данных о голосовании и контроль участия работников, в том числе способа — через ДЭГ или на участке.
